​День памяти жертв красного террора

​День памяти жертв красного террора
Памятнику «Жертвам политических репрессий»
«Красный террор» служил средством устрашения как антибольшевистских сил, так и не принимавшего участия в Гражданской войне населения.

5 сентября 1918 г. — день подписания декрета «О красном терроре». В этот день захватившие власть в России большевики узаконили убийства и насилие, возведя террор в ранг государственной политики. Грабежи, пытки, самосуды, расстрелы, изнасилования сопутствовали советской власти с первых дней, хотя стоит отметить, что началась эта вакханалия произвола ещё в феврале 1917 года, после падения монархии и перехода власти в руки левых.

«Красный террор» служил средством устрашения как антибольшевистских сил, так и не принимавшего участия в Гражданской войне населения.

Сегодня в этот день активисты возложили цветы к памятнику «Жертвам политических репрессий».

«Как печально и удивительно 5 сентября отмечается День памяти жертв красного террора. Помяните своих родных, сходите возложить цветы к Соловецкому камню и памятным местам», — написал на своей странице Вконтакте священник Андрей Лебедев.

Священник также добавил, что в этот день они возложили цветы и упомянули людей и выразил мнение, что про это вряд ли напишут в независимых СМИ.

«Главное событие 5 сентября — День памяти жертв красного террора. Возложили цветы и упомянули людей. Наверное, об этом побояться написать вятские как бы независимые СМИ, но Правда всегда одна и главное молиться чтобы жёсткая тоталитарная машина пришла позже», — добавил Андрей Лебедев.

андрей
13:56
Видимо не случайно именно сегодня состоялось открытие памятника Ф.Э.Дзержинскому.
ужас
15:35
Спасибо, один человек не испугался напомнить про жертвы красного террора. Город слепо-глухо-немых кировчан радостно принял памятник руководителю этого террора, позор всем.
Артем
02:59
жаль, что коммунисты не догадались в ответ провести памятные акции на улицах Володарского и Урицкого. Убийство которых контрреволюционными террористами как раз и стало основанием для объявления красного террора
Гость
08:09
А при чем тут коммунисты? Террор делали Троцкисты, которых священник Сталин, проучившийся 10 лет в духовной семинарии Тифлиса прессовал в 1937 именно за красный террор устроенный в годы гражданской войны.
Артем
08:15
в 1918 году ещё не было деления на сталинистов и троцкистов. И вообще, какая разница — я ж предложил хороший способ, как потроллить мракобесов
Обыватель
17:28
Гэбнюки именно в этот день подгадали открытие памятника Дзержинскому. Спираль истории вернулась на сваю отправную точку, чтоб патом рвануть дальше
Ас
18:32
о.Андрей Лебедев:«МОЛИТЬСЯ, ЧТОБЫ ЖЕСТКАЯ ТОТАЛИТАРНАЯ МАШИНА ПРИШЛА ПОЗЖЕ».Бред какой-то, пришла позже, надо, чтобы ее вообще никогда не было.За такие пророчества анафеме предавать надо.
Марс
22:49
Не понимаю, зачем мы превращаем себя в малообразованных ослов. Весь мир уже и в первую очередь буржуазный признал, что красный террор был вынужденным ответом на белый террор, который потерпел крах и вынужден был обратиться к интервентам. Даже во время интервенции иностранных войск, где принимало участие свыше 1 млн. солдат, большевистское правительство сделало порядка 60 мирных предложений иностранным правительствам, которые упорно молчали и ждали падения Советской власти.

Хватит уже срать на свою историю. Если у разных священников Андреев мозгов нет, так нам- то надо хоть немножко знать историю своей страны.
Иностранные интервенты в России 1918-1921 гг.
08:14
Как выяснилось после некоторых полемик, тема иностранной интервенции России 1918-21 гг. совсем потерялась из вида, совершенно «замылилась», а порой и вообще оспаривается. В современных СМИ о ней практически нет упоминаний. Тем самым намеренно или ненамеренно создаётся миф о Гражданской войне как о войне исключительно между «Белыми» и «Красными». Что, очевидно, является манипуляцией. Итак, вспомним — кто же поддержал «Белых» против «Красных» своей живой силой и техникой: 1. Англия. 28 000 солдат — Архангельск (1918), Мурманск (1918), Балтика (1918), Ревель (1919), Нарва (1919), Чёрное море, (1920), Севастополь (1920), Каспийское море (1920), Закавказье (1918), Владивосток (1918). 2. США. 15 000 солдат. — Архангельск (1918), Мурманск (1918), Транссибирская Ж/Д 3. Франция — Архангельск (1918), Мурманск (1918), Одесса (1918), Херсон (1918), Севастополь (1918), Сибирь. 4. Австралия — 4 000 солдат. Архангельск (1918), Мурманск (1918). 5. Канада — Архангельск (1918). Мурманск (1918). 6. Италия — Мурманск, Дальний Восток. 7. Греция — 2 000 солдат. Одесса, Чёрное море. 8. Румыния — Бессарабия. 9. Польша — Север России, Юг, Сибирь. 10. Япония. 28 000 солдат — Дальний Восток (Владивосток, Сахалин) 11. Китай — Архангельск (1918), Мурманск (1918). 12. Сербия — «Сербский батальон». Север России. 13. Финляндия — Карелия. «Карельский» и «Мурманский» легионы, созданные англичанами. 14. Германия. Украина, Прибалтика, часть европейской России 15. Австро-Венгрия. (союзник Германии) 16. Турция (Османская империя). Закавказье. Некоторые включают Индию — но это излишне, т.к. она была представлена в качестве английских колониальных сил на Закавказье Можно вспомнить и Чехословацкий корпус, ставший спусковым крючком, «аттрактором» Гражданской — но он из России, т.к. сформирован из военнопленных австро-венгерской армии. Оппоненты, громогласно заявляя о том, что с Советской стороны тоже воевали представители иных стран, упорно отказываются при этом назвать государства, которые своей волей отправили на территорию России свои регулярные вооруженные силы воевать бок-о-бок с РККА. Мы знаем, почему.
Первый концлагерь в мире основали англичане – в августе 1918 года в России на территории Мурманска.
08:22
За 10 месяцев в лагере под Архангельском англичане умертвили треть заключенных
В России продолжаются споры между представителями различных идеологических концепций – так кто же первым открыл концлагеря в Гражданскую войну, красные или белые. Но история отвечает на этот вопрос с предельной точностью: первый концлагерь на территории России во время Гражданской основали англичане – 23 августа 1918 года на острове Мудьюг в Белом море, недалеко от устья Двины и города Архангельска.

Главное отличие концлагеря от других форм заключения (тюрьмы, лагеря, поселения и т.д.) – это помещение в него людей без судебного решения и соответственно – без определенной даты освобождения.

Прибыв на русский Север в качестве интервентов Антанты, англичане первым делом начали зачищать его от «нежелательных элементов». Постройки концлагеря на острове Мудьюг возводились первой партией арестантов численностью 134 человека, среди которых большевики составляли всего 9 человек, а остальные были представителями других левых партий, в первую очередь особенно популярных в Архангельске моряков-анархистов и левых эсеров. Они были помещены в концлагерь без суда и следствия. Арестанты занималась вырубкой леса, обнесением территории лагеря двумя рядами колючей проволоки высотой в три метра, сооружением бараков и карцера.

Карцер представлял собой яму глубиной в 3 метра, шириной в 9 метров и длиной в 14 метров. Над ямой был поставлен сруб из досок, в самой яме не было света и отопления. По воспоминаниям одного из заключенных, из пищи в день заключенным давали лишь две галеты и воду, от постоянного холода люди отмораживали конечности, многие замерзали насмерть.

Постепенно лагерь заполнялся арестантами. На пике их численность составляла 1242 человека, из которых большевиков было 22 человека.

Бараки были переполнены, в камере на 14 человек находилось более 60 арестантов. В день заключенным выдавали 200 граммов хлеба, 200 граммов рыбы, 42 грамма риса, 10 граммов соли. При такой дневной норме заключенных заставляли выполнять тяжелые работы. По ночам устраивались обыски, с частыми избиениями или отправкой в карцер. Отсутствовала баня, мыло, смена белья, медицинская помощь. В октябре 1918 года распространились тиф, цинга, дистрофия, паразиты. Зимой температура в бараках была около минус 8 градусов, в результате чего каждую ночь несколько человек умирало от холода.

2 июня 1919 года англичане передали концлагерь белому правительству Северной области. К этому времени из 1242 арестантов 23 были расстреляны, 310 умерли от болезней и плохого обращения, более 150 человек стали инвалидами.

Сменившие англичан белогвардейцы оказались не менее жестокими надзирателями. 15 сентября 1919 года в лагере вспыхнуло восстание. 53 человека сумели прорвать проволоку и добрались до берега Сухого моря (пролив, отделяющий остров от материка), где захватили баркасы местных рыбаков и бежали на материк. При подавлении восстания было убито 11 человек, 13 расстреляны на следующий день по приговору военно-полевого суда. Немедленно после этого лагерь был переведен в Йоканьгу (Кольский полуостров) на территорию бывшей военно-морской базы. Окончательно этот концлагерь был ликвидирован в феврале 1920 года, при наступлении войск РККА.

Источник: В.И. Игнатьев. Некоторые факты и итоги 4-х лет Гражданской войны/ Белый Север. Архангельск, 1993. Т.1.

rusplt.ru/fact/konsl...

Первый в мире Английский концлагерь под Архангельском
«Если отпадешь от своей веры, как уже отпали многие интеллигенты — то не будешь уже Россией или Русью святой, а сбродом всяких иноверцев, стремящихся истребить друг друга»

Св.прав.Иоанн Кронштадтский

Гражданская война — это самое страшное, что может произойти со страной. Сегодня мы видим это на примере стран Арабской дуги — Сирии, Ливии и вновь пылающего Египта. Представить себе, какими бы были эти конфликты, если бы хотя бы у одной из этих стран было бы ядерное оружие… страшно. Но когда-то его не было и у нас. Ядерный щит выполняет одну очень важную защитную и психологическую функцию — не даёт иностранным войскам ступить на родную землю. Именно поэтому, когда его у нас не было, а страна впала в пучину братоубийственной войны, этим поспешили воспользоваться наши «союзники».

Этим летом мне дважды удалось побывать в глубинке Русского Севера — селе Сура Пинежского района Архангельской области, на родине святого праведного Иоанна Кронштадтского. Батюшку любила и почитала вся Россия — его службы в Кронштадте ежедневно посещали тысячи людей. Он был удивительно прозорлив и предсказал революцию ещё за 10 лет до её начала. Но одного он предсказать не мог — что англичане вторгнутся на нашу землю и захватят его родное село! Об этом мне рассказал правнучатый племянник батюшки, отец Алексей, который сегодня служит в восстановленном в Суре храме им.Николая Чудотворца. Причём штаб у них был в доме пращуров о.Алексея, и его бабушка даже показывала ему следы от пуль – напившись, англичане принимались палить во все стороны.

Искушённый историей читатель знает, что непомерное пьянство — это ещё не всё, на что способен английский солдат. Именно англичане придумали в своё время концлагеря во время англо-бурской войны 1901—1902гг. Совсем не удивительно, что они повторили этот опыт при интервенции в Россию в 1918 году, создав на острове Мудьюг близ Архангельска концентрационный лагерь для русских, который получил название «остров смерти».

Английский концлагерь под Архангельском
Сегодня ни англичане, ни американцы не очень любят вспоминать, как в 1918 году они вторглись своими армиями в Россию. Но мы им напомним, дело несложное.

Интересное дело, когда в стране случается гражданская война, разламывающая народ на два лагеря — англичане, как сегодня американцы в Сирии, тут же стараются «поддержать» один из воющих в братоубийственной войне лагерей. Причём, мы-то сегодня уже прекрасно понимаем, что им абсолютно, как говорится, по-барабану, кто и за что воюет. Главное — неизменные интересы Британской Империи.

Вот также и тогда произошло в 1918 году. Как бы приплыли помочь одной стороне конфликта. Как помогли? Устроили концлагерь, где гнобили подозреваемых в связях со второй стороной конфликта.

Началось всё с того, что англичане в марте 1918 года высадили свой пятитысячный десант в Мурманске.

Под предлогом «необходимости защиты складов военного имущества от немцев».

О самом лагере в Мудьюге написано в книге В.И.Игнатьева «Некоторые факты и итоги 4-х лет Гражданской войны» (Белый Север. Архангельск, 1993. Т.1):

Английский концлагерь под Архангельском
«Во время гражданской войны первые концлагеря были созданы в 1918 г. англичанами на острове Мудьюг и в бухте Иоканьга. Туда помещали заподозренных в симпатиях к коммунистам.

Исследование, проведенное Иоканьговским Совдепом уже после падения Северной области, показало, что из 1200 арестантов, побывавших в застенках Иоканьги, лишь 20 человек принадлежало к коммунистической партии, остальные были беспартийные. Из этих 1200 людей 23 человека были расстреляны, 310 умерли от цинги и тифа, и лишь 100 человек оставались более и менее здоровыми».

Какое право вообще имели англичане создавать концлагеря на территории бывшего союзника? Обратите внимание, что это очень напоминает тактику верного англофила Адольфа Алоизовича Гитлера.

Предположим, что они действительно «хотели помочь» Белому движению в борьбе с коммунистами. Но тогда зачем, как пишет в своей статье «Страницы жизни» И.С. Кривенко (журнал Новый мир. 1967., № 11), они часть заключенных увезли в Англию? Цитирую:

«Не только на территории России англичане устраивали концлагеря. Так, в сентябре 1919 г. 47 человек погрузили в трюм английского судна, увезли в Англию и поместили в концлагере Уитли-бэй».

Так у них и на родине были концлагеря для русских пленных! Прекрасно, ведь всё это было с ведома премьер-министра Дэвида Ллойда Джорджа и короля Георга V. Иначе быть не могло.

Хотели «помочь», говорите? Конечно, очень помогли. Ведь, как известно, правительство Белых, а именно главковерха Русской армией барона Врангеля(единственного, кстати, не запятнанного предательством царя), Антанта признала в августе 1920г. за два месяца до отхода белых войск из Крыма. Считайте, когда всё уже было предрешено.

Что случилось дальше, мы помним — фактически те же самые концентрационные лагеря, но уже для белых, на острове Лемнос.

Об этом подробнее вы могли прочитать в статье «Как англичане и франзуцы уничтожали Белое движение».

Да, самое главное, что когда англичане эвакуировались из Мурманска в 1920г., они почему-то не оставили амуницию и продовольствие своим «союзниками», а потопили! Вот это, действительно, очередной акт благородства со стороны «дружественной» державы.

Есть ещё одна интересная книга, выпущенная уже в советские годы, в 1939г., которая называется «Иностранная интервенция на Советском Севере. 1918—1920».

Вот цитата из неё по результатам интервенции англичан:

«За время интервенции через тюрьмы Архангельска прошло около 52 тысяч человек — 11 процентов всего населения Архангельской губернии. В каторжной тюрьме на острове Мудьюге — «острове смерти», как справедливо называют его, — «побывало» свыше тысячи человек, из них расстреляно и погибло от болезней свыше 200 человек. В другой каторжной тюрьме — на Иоканьге — томилось свыше 1200 политкаторжан, из

которых более 300 человек погибло от цынги, тифа и зверски убито белогвардейскими палачами.

Всего по «статистике» белых было расстреляно по приговорам военнополевых судов до 4000 трудящихся. А сколько расстреляно без суда — это остается неизвестным, так как в этих случаях никакой статистики не велось.

Хозяйство советского Севера было разрушено до основания. Даже лакеи англо-французского империализма — эсеры, меньшевики, заседавшие на земском собрании в январе 1920 года, дали такую характеристику политического и экономического положения Севера: «Промысла (кустарные, соляные, рыболовные) пали или прекращаются, промышленная жизнь замерла. Земельный вопрос не разрешен, продовольственный вопрос находится в ужасном состоянии. Недостаток установленного пайка сказывается болезненно-остро повсеместно. Семена проедены, и область ставит под угрозу новый посев. Военные повинности (гужевая и т. п.) чрезвычайно резко отражаются на сельском хозяйстве, а обязательная поставка мяса и сена является ударом, подрывающим основы сельского хозяйства. Дороги пришли в негодное состояние, народного образования нет, ибо школы либо заняты военным ведомством, либо от отсутствия ремонта разрушены. Общественное призрение отсутствует».*

(* Из резолюции Архангельского Уездного Земского собрания, опубликованной в газете «Возрождение Севера» от 21 января 1920 года)».

В 1928 году на острове Мудьюг был поставлен 17,5-метровый памятник «Жертвам иностранной интервенции»:

Сегодня на территории бывшего английского концлагеря устроен музей, в память о жертвах иностранной интервенции.

Подводя итог, скажу следующее.
История учит, что никогда за всю историю нашей страны англичане не были нам «союзниками». Предательство, коварство и обман — это всё, что мы получали взамен на помощь.

Геополитика той или иной страны проистекает от её географического положения.

«География — это приговор» — говорил Наполеон, прекрасно понимающий тонкости геополитики.

«У России есть только два союзника — армия и флот» — говорил Александр III, и пока Царь рыбачил, вся Европа могла подождать.

Слава Богу, что последние 50 лет мы находимся под надёжной защитой ядерного щита, и интервенция натовским генералам может только сниться.

Во всём остальном во внешней политике мы должны руководствоваться только лишь прагматическими интересами собственной страны.

И ни в коем случае не повторять ошибки прошлого.

Ведь при ядерном щите, по сути, единственная возможность для наших геополитических «союзников» разрушить страну — снова подстрекнуть народ к гражданской войне.
Этот день в истории. Встреча Сталина с князьями церкви
08:51

Патриарх Сергий (1867—1944). Фото журнала «Life»

4 сентября 1943 года состоялась знаменитая встреча И. В. Сталина и В. М. Молотова с высшим духовенством Русской Православной Церкви во главе с митрополитом Сергием (Страгородским), позднее патриархом. Которая довольно серьёзно изменила положение РПЦ в стране.
Из записки полковника государственной безопасности Г.Г. Карпова о приёме И.В. Сталиным иерархов Русской православной церкви (РПЦ):

«Беседа т. Сталина с митрополитами продолжалась 1 час 55 минут.
Тов. Сталин сказал, что Правительство Союза знает о проводимой ими патриотической работе в церквах с первого дня войны, что Правительство получило очень много писем с фронта и из тыла, одобряющих позицию, занятую церковью по отношению к государству.
Тов. Сталин, коротко отметив положительное значение патриотической деятельности церкви за время войны, просил митрополитов Сергия, Алексия и Николая высказаться об имеющихся у патриархии и у них лично назревших, но не разрешённых вопросах.
Митрополит Сергий сказал т. Сталину, что самым главным и наиболее назревшим вопросом является вопрос о центральном руководстве церкви, т. к. почти 18 лет [он] является патриаршим местоблюстителем и лично думает, что вряд ли есть где столь продолжительные вреды [трудности], что Синода в Советском Союзе нет с 1935 г., а потому он считает желательным что[бы] Правительство разрешило собрать архиерейский Собор, который и изберет патриарха, а также образует орган в составе 5-6 архиереев.
Митрополиты Алексий и Николай также высказались за образование Синода и обосновали это предложение об образовании как наиболее желаемую и приемлемую форму, сказав также, что избрание патриарха на архиерейском Соборе они считают вполне каноничным, т. к. фактически церковь возглавляет бессменно в течение 18 лет патриарший местоблюститель митрополит Сергий.
Одобрив предложения митрополита Сергия, т. Сталин спросил:
а) как будет называться патриарх;
б) когда может быть собран архиерейский Собор;
в) нужна ли какая помощь со стороны Правительства для успешного проведения Собора ( имеется ли помещение, нужен ли транспорт, нужны ли деньги и т. д.).
Сергий ответил, что эти вопросы предварительно ими между собой обсуждались и они считали бы желательным и правильным, если бы Правительство разрешило принять для патриарха титул патриарха Московского и всея Руси, хотя патриарх Тихон, избранный в 1917 г. при Временном правительстве, назывался „патриархом Московским и всея России“.
Тов. Сталин согласился, сказав, что это правильно.

Новоизбранный русский патриарх на обложке журнала „Time“

На второй вопрос митрополит Сергий ответил, что архиерейский Собор можно будет собрать через месяц, и тогда т. Сталин, улыбнувшись, сказал: „А нельзя ли проявить большевистские темпы?“. Обратившись ко мне, спросил моё мнение, я высказался, что если мы поможем митрополиту Сергию соответствующим транспортом для быстрейшей доставки епископата в Москву (самолётами), то Собор мог бы быть собран и через 3-4 дня.
После короткого обмена мнениями договорились, что архиерейский Собор соберётся в Москве 8 сентября.

На третий вопрос митрополит Сергий ответил, что для проведения Собора никаких субсидий от государства они не просят.
Вторым вопросом митрополит Сергий поднял, а митрополит Алексий развил вопрос о подготовке кадров духовенства, причем оба просили т. Сталина, чтобы им было разрешено организовать богословские курсы при некоторых епархиях.
Тов. Сталин, согласившись с этим, в то же время спросил, почему они ставят вопрос о богословских курсах, тогда как Правительство может разрешить организацию духовной академии и открытие духовных семинарий во всех епархиях, где это нужно.
Митрополит Сергий, а затем ещё больше митрополит Алексий сказали, что для открытия духовной академии у них ещё очень мало сил и нужна соответствующая подготовка, а в отношении семинарий —
принимать в них лиц не моложе 18 лет они считают неподходящим по времени и прошлому опыту, зная, что, пока у человека не сложилось определенное мировоззрение, готовить их в качестве пастырей весьма опасно, т. к. получается большой отсев, и, может быть, в последующем, когда церковь будет иметь соответствующий опыт работы с богословскими курсами, встанет этот вопрос, но и то организационная и программная сторона семинарий и академий должна быть резко видоизменена.
Тов. Сталин сказал: „Ну, как хотите, это дело ваше, а если хотите богословские курсы, начинайте с них, но Правительство не будет иметь возражений и против открытия семинарий и академий“.
Третьим вопросом Сергий поднял вопрос об организации издания журнала Московской патриархии, который бы выходил один раз в месяц и в котором освещались бы как хроника церкви, так и статьи и речи богословского и патриотического характера.
Тов. Сталин ответил: „Журнал можно и следует выпускать“.
Затем митрополит Сергий затронул вопрос об открытии церквей в ряде епархий, сказав, что об этом перед ним ставят [вопросы] почти все епархиальные архиереи, что церквей мало и что уж очень много лет не открываются.
При этом митрополит Сергий сказал, что он считает необходимым предоставить право епархиальному архиерею входить в переговоры с гражданской властью по вопросу открытия церквей.
Митрополиты Алексий и Николай поддержали Сергия, отметив при этом неравномерность распределения церквей в Советском Союзе и высказав пожелание в первую очередь открывать церкви в областях и краях, где нет совсем церквей или где их мало.
Тов. Сталин ответил, что по этому вопросу никаких препятствий со стороны Правительства не будет.
Затем митрополит Алексий поднял вопрос перед т. Сталиным об освобождении некоторых архиереев, находящихся в ссылке, в лагерях, в тюрьмах и т. д. Тов. Сталин сказал им: „Представьте такой список, его рассмотрим“.
Сергий поднял тут же вопрос о предоставлении права свободного проживания и передвижения внутри Союза и права исполнять церковные службы бывшим священнослужителям, отбывшим по суду срок своего заключения, т. е. вопрос был поднят о снятии запрещений, вернее, ограничений, связанных с паспортным режимом.
Тов. Сталин предложил мне этот вопрос изучить.
Митрополит Алексий, попросив разрешения у т. Сталина, специально остановился на вопросах, имеющих отношение к церковной кассе, а именно:
а) митрополит Алексий сказал, что он считает необходимым предоставление епархиям права отчислять некоторые суммы из касс церквей и из касс епархий в кассу центрального церковного аппарата для его содержания (патриархия, Синод), и в связи с этим же митрополит Алексий привел пример, что инспектор по административному надзору Ленсовета Татаринцева такие отчисления делать не разрешила;
б) что в связи с этим же вопросом он, а также митрополиты Сергий и Николай считают необходимым, чтобы было видоизменено Положение о церковном управлении, а именно чтобы священнослужителям было дано право быть членами исполнительного органа церкви.
Тов. Сталин сказал, что против этого возражений нет.
Митрополит Николай в беседе затронул вопрос о свечных заводах, заявив, что в данное время церковные свечи изготовляются кустарями, продажная цена свечей в церквах весьма высокая и что он, митрополит Николай, считает лучшим предоставить право иметь свечные заводы при епархиях.
Тов. Сталин сказал, что церковь может рассчитывать на всестороннюю поддержку правительства во всех вопросах, связанных с ее организационным укреплением и развитием внутри СССР, и что, как он говорил об организации духовных учебных заведений, не возражая против открытия семинарий в епархиях, так не может быть препятствий и к открытию при епархиальных управлениях свечных заводов и других производств.
Затем, обращаясь ко мне, т. Сталин сказал: „Надо обеспечить право архиерея распоряжаться церковными суммами. Не надо делать препятствий к организации семинарий, свечных заводов и т. д.“.
Затем т. Сталин, обращаясь к трём митрополитам, сказал: „Если нужно сейчас или если нужно будет в дальнейшем, государство может отпустить соответствующие субсидии церковному центру“. После этого тов. Сталин, обращаясь к митрополитам Сергию, Алексию и Николаю, сказал им: „Вот мне доложил т. Карпов, что вы очень плохо живёте: тесная квартирка, покупаете продукты на рынке, нет у вас никакого транспорта. Поэтому Правительство хотело бы знать, какие у вас есть нужды и что вы хотели бы получить от Правительства“.
В ответ на вопрос т. Сталина митрополит Сергий сказал, что в качестве помещений для патриархии и для патриарха он просил бы принять внесённые митрополитом Алексием предложения о предоставлении в распоряжение патриархии бывшего игуменского корпуса в Новодевичьем монастыре, а что касается обеспечения продуктами, то эти продукты они покупают на рынке, но в части транспорта просил бы помочь, если можно, выделением машины.
Тов. Сталин сказал митрополиту Сергию: „Помещения в Новодевичьем монастыре т. Карпов посмотрел: Они совершенно неблагоустроенны, требуют капитального ремонта, и, чтобы занять их, надо ещё много времени. Там сыро и холодно. Ведь надо учесть, что эти здания построены в XVI в. Правительство вам может предоставить завтра же вполне благоустроенное и подготовленное помещение, предоставив вам 3-этажный особняк в Чистом переулке, который занимался ранее бывшим немецким послом Шуленбургом. Но это здание советское, не немецкое, так что вы можете совершенно спокойно в нём жить. При этом особняк мы вам предоставляем со всем имуществом, мебелью, которая имеется в этом особняке, а для того, чтобы лучше иметь представление об этом здании, мы сейчас вам покажем план его“.
Через несколько минут представленный т. Сталину т. Поскрёбышевым план особняка по Чистому переулку, дом 5, с его подворными постройками и садом был показан для ознакомления митрополитам, причём было условлено, что на другой день, 4 сентября [очевидно, следует читать: 5 сентября], т. Карпов предоставит возможность митрополитам лично осмотреть указанное выше помещение.
Вновь затронув вопрос о продовольственном снабжении, т. Сталин сказал митрополитам: „На рынке продукты покупать вам неудобно и дорого, и сейчас продуктов на рынок колхозник выбрасывает мало. Поэтому государство может обеспечить продуктами вас по государственным ценам. Кроме того, мы завтра-послезавтра предоставим в ваше распоряжение 2-3 легковые автомашины с горючим“.
Тов. Сталин спросил митрополита Сергия и других митрополитов, нет ли у них ещё каких-либо вопросов к нему, нет ли других нужд у церкви, причём об этом т. Сталин спросил несколько раз.
Все трое заявили, что особых просьб больше они не имеют, но иногда на местах бывает переобложение духовенства подоходным налогом, на что т. Сталин обратил внимание и предложил мне в каждом отдельном случае принимать соответствующие меры проверки и исправления.
После этого т. Сталин сказал митрополитам: „Ну, если у вас больше нет к Правительству вопросов, то, может быть, будут потом. Правительство предполагает образовать специальный государственный аппарат, который будет называться Совет по делам Русской православной церкви, и председателем Совета предполагается назначить т. Карпова. Как вы смотрите на это?“
Все трое заявили, что они весьма благожелательно принимают назначение на этот пост т. Карпова.
Тов. Сталин сказал, что Совет будет представлять собою место связи между Правительством и церковью и председатель его должен [докладывать] Правительству о жизни церкви и возникающих у нее вопросах.
Затем, обращаясь ко мне, т. Сталин сказал: „Подберите себе 2-3 помощников, которые будут членами вашего Совета, образуйте аппарат, но только помните: во-первых, что вы не обер-прокурор; во-вторых, своей деятельностью больше подчеркивайте самостоятельность церкви“.
После этого т. Сталин, обращаясь к т. Молотову, сказал: „Надо довести об этом до сведения населения, так же как потом надо будет сообщить населению и об избрании патриарха“.
В связи с этим Вячеслав Михайлович Молотов тут же стал составлять проект коммюнике для радио и газет, при составлении которого вносились соответствующие замечания, поправки и дополнения как со стороны т. Сталина, так и отдельные со стороны митрополитов Сергия и Алексия.
Текст извещения был принят в следующей редакции: „4 сентября с. г. у Председателя Совета Народных Комиссаров СССР т. И.В. Сталина состоялся приём, во время которого имела место беседа с патриаршим местоблюстителем митрополитом Сергием, Ленинградским митрополитом Алексием и экзархом Украины Киевским и Галицким митрополитом Николаем.
Во время беседы митрополит Сергий довел до сведения Председателя Совнаркома, что в руководящих кругах православной церкви имеется намерение созвать Собор епископов для избрания патриарха Московского и всея Руси и образования при патриархе Священного Синода.
Глава Правительства т. И.В. Сталин сочувственно отнесся к этим предложениям и заявил, что со стороны Правительства не будет к этому препятствий.
При беседе присутствовал Заместитель Председателя Совнаркома СССР т. В.М. Молотов“.
Это извещение было опубликовано в газете „Известия“ от 5 сентября 1943 г.
Коммюнике было передано т. Поскрёбышеву для передачи в этот же день по радио и в ТАСС для напечатания в газетах. [...] Тов. Молотов спросил т. Сталина: „Может, следует вызвать фотографа?“ Тов. Сталин сказал: „Нет, сейчас уже поздно, второй час ночи, поэтому мы сделаем это в другой раз“. Тов. Сталин, попрощавшись с митрополитами, проводил их до дверей своего кабинета. Данный приём был историческим событием для церкви и оставил у митрополитов Сергия, Алексия и Николая большие впечатления, которые были очевидны для всех, кто знал и видел в те дни Сергия и других.»

Увы, из-за невызова в тот день, или, вернее, ночь фотографа, мы не имеем фотографий этой встречи. Конечно, встреча и общий поворот в церковной политике в СССР имели близкие и далёкие исторические последствия, многие из которых мы наблюдаем сейчас вокруг себя…

В июне 1941 года в Москву приехала фотокорреспондент американского журнала «Life» — Маргарет Бурк-Уайт (1906-1973). Её пребывание совпало с началом Великой Отечественной войны. Она пробыла в СССР два месяца и сделала уникальные фотографии, в том числе и на церковные темы. Некоторые из них приведены выше, а ниже — лидер обновленческого движения в русской церкви Александр Введенский со своей женой. Его звезда, как и всего обновленчества, в этот день, 4 сентября 1943 года, окончательно закатилась (формально оно просуществовало до 1946 года)…
Загрузка...